Из древностей края: уличи

«Было бы совершенно ошибочным полагать, что уличи во время набегов кочевников были полностью разгромлены и уничтожены, особенно если учесть, что географ Баварский характеризует их как сильное и многочисленное племя, имевшее много укрепленных городов. Поэтому гипотезу некоторых русских историков, считающих, что уличи и тиверцы отступили в Карпаты, я считаю правильной. Несомненно, что именно они положили начало заселению Трансильвании (Семиградья) и Северной Венгрии русским элементом, многочисленные следы которого мы находим и теперь в местной топонимике венгерских и румынских областей... Так образовалась Закарпатская Русь, а также Семиградская Русь».

Л. НИДЕРЛЕ, чешский археолог.

О русинском элементе

О том, что волохи стали приобретать молдавские черты с XIII в., благодаря смешению и проживанию с русинским элементом, писал в 1929 г. румынский исследователь И. Бэрбулеску (BarbulescuI.Individualitatea limbii romine si elementele slave. Bucuresti, 1929. С. 81). Правители Молдавского княжества назывались господарями, воеводами. Румынский историк Николае Йорга считал, что преждевременная смерть воеводы Лацко помешала основать русскую династию в Молдове (Iorga Nicolae. Histoires des relations russo-roumaines // Histoires des relationes roumaines. Anthologie et edition augmentee par Florin Rotaru. Bucarest, 1995. P. 358.). С момента возникновения Молдавского княжества до начала XVIII века в Молдове языком государственным и религиозным был старославянский.  

К вопросу о Прутском походе Петра I

В 1711 г. кампания Петра I была ответом на неоднократные просьбы, адресуемые царю через послов и письма сербами, болгарами, валахами, молдованами. «Делегации молдавских и валашских бояр, – отмечает румынский доктор истории Арманд Госсу, – оббивали пороги Петерсбурга, прося царя, чтобы православная империя их проглотила ("не покидайте нас, рабов вашего величества одной с вами веры"). Десять лет никто не вспоминает больше об этих свидетельствах», – уточняет румынский доктор-русолог (2001). После подписания Бухарестского мира (май 1812 г.) диван (Господарский совет) Молдавии заявил: «Земля Молдовы возносит до небес непобедимое и покрытое славой оружие верующее и спасительное императорского величия России к радости и веселию православных верующих».

...Первый союзный договор с Россией Петра I подписал К. Брынковяну, господарь Валахии, еще в 1709 г. – за два года до подписания Луцкого молдо-русского договора. По этому двустороннему договору Валахия обязывалась поддержать 20-тысячным армейским корпусом намеченную царем антиоттоманскую кампанию. К сожалению, и на этот раз Валахия нарушила договор, предав общее антиоттоманское дело. Таким образом, со стороны России Прутская кампания была долгом по отношению к своим партнерам по союзу – валахам (с 1709 г.) и молдованам (с 1711 г.).

К вопросу об оккупации Бессарабии Румынией

Румынский министр И. Г. Дука, осень 1917 г.: «Разложение русского фронта не пугает меня, наоборот – радует. Когда Россия рухнет, мы сможем быстро захватить Бессарабию, а так как, с Россией или без неё, в конечном итоге победу одержат союзники, в конце войны мы захватим также и Трансильванию, и таким образом из этих сражений и из этих потрясений родится то, что мы опасались видеть даже в самых смелых снах: объединение всех румын от Днестра и до Тисы».

*   *   *

Из всего советско-румынского договора был выполнен лишь пункт об обмене пленными и интернированными. 19-24 марта 1918 г. в Сулине 92 румынских сенатора, депутата парламента и офицера были обменяны на 73 офицеров и солдат русской армии из румынских лагерей. Как вспоминал позднее бывший выборный командующий 4-й армией И. Кондурушкин, “достаточно было взглянуть при нашем обмене в Сулине на румынских сенаторов, привезенных из России: круглые сдобные морды, цилиндры, тросточки, машинки, горы багажа, и сравнить с ними нас: грязные, оборванные, обобшивевшие, обросшие волосами, обобранные до последней лишней пары солдатских портянок, три месяца не видевшие бани и свежего белья, чтобы сказать: «Какие звери большевики и какие просвещенные европейцы румынские бояре!»”.

Мельтюхов М. И. Бессарабский вопрос между мировыми войнами. С. 51-52.

*   *   *

14/27 февраля 1918 г. в ходе переговоров Румынии с австро-германским блоком немцы «неофициально заверили» румын в тождестве их позиций в отношении Советской власти: «Русская анархия привела к созданию своего рода братства. Вы боретесь против большевизма в Бессарабии; мы вступили на Украину с той же целью». Это было подтверждено румынским премьером 23 марта / 5 апреля во время «переговоров» с лидерами Сфатул Цэрий (И. Инкульцом, П. Халиппой, Д. Чугуряну, к которым в тот же день присоединился и К. Стере) в Яссах об условиях «объединения», когда он ознакомил делегатов «бессарабского парламента» с позицией Центральных держав, не выдвигавших никаких возражений против «объединения» Бессарабии с Румынией.

...Во время тех же переговоров с немцами, пытаясь добиться более выгодных условий мира, новый румынский премьер А. Авереску заявил германскому министру иностранных дел Кюльману, что «вообще Бессарабия заражена большевизмом, и присоединять её к королевству опасно». На это Кюльман цинично ответил: «Вам достаточно расстрелять каждого десятого и восстановить порядок». Однако правящая клика Румынии, «умиротворяя» Бессарабию, и без немецких советов следовала именно по данному пути.

Сергей НАЗАРИЯ. Возникновение бессарабского вопроса в международных отношениях.

Дела с румынизацией Бессарабии в годы оккупации

Несмотря на насильственную румынизацию, запрет изъясняться в присутственных местах по-русски, румынская газета Universul в апреле 1934 г. констатировала, что «положение румынизма через 15 лет после объединения Бессарабии чрезвычайно плачевно. Румынизация Бессарабии, в особенности городов и местечек, задерживается. Культурное положение Бессарабии является одним из самых горестных. Бессарабская душа, все еще живущая в мираже старой России, не может быть довольно близкой национальным стремлениям объединенной Румынии».

*   *   *

...По-моему, это просто послушное, а может, и оплаченное отражение исторического хобби части румынской элиты – поуправлять Молдавией. Прошлый раз, с 1918 по 1940-й годы, она занималась этим весьма убедительно. Напомню, что все это время Бессарабию отделяла от Румынии таможня, так что бессарабия отнюдь не была частью Румынии – это была колония, причем жестко отделенная от метрополии. И эту колонию, в отличие от британских, французских, испанских, немецких и прочих, никто и не думал развивать: ее только грабили. За 22 года румынского господства во всей Бессарабии не было построено ни одного каменного общественного здания, – это исторический факт. Даже румынские депутаты после поездок в Бессарабию не выдерживали и в своем парламенте буквально рыдали, – мол, невозможно так относиться к людям, как мы относимся к молдаванам. И постоянные – и вполне безнадежные при этом – крестьянские восстания в Бессарабии были вызваны не столько свободолюбием молдаван или чьим-то внешним влиянием, сколько жесточайшим гнетом румынского государства. Небольшая часть интеллигенции, живущая за счет поддержки Румынии, об этом постаралась забыть – и прилагает титанические усилия, чтобы забыли все молдаване. Ну что ж – кто забывает историю, обрекает себя на ее повторение.

Михаил ДЕЛЯГИН. Перед прыжком в Европу посмотрите, налили ли в бассейн воду.
Источник: www.kp.md

Каким был Кишинев в 1940-м?

Г. Б. Комарницкий приводит любопытные сведения о жизни в городе сразу после ухода румынских властей. «В Кишинев я приехал в июле 1940 года. Он тогда был небольшой, но очень чистенький (в центре). Город в основном одноэтажный, хотя были двух- и даже трехэтажные дома. Расположение улиц (центр) — в шахматном порядке, поэтому легко ориентироваться. Названия – русские: здесь и Армянская с Купеческой, и Мещанская, а рядом – улица генерала Инзова, бывшего российского губернатора Бессарабии. Совершенно не было видно крестьян – ни одного. В трамваях металлические эмалированные таблички с надписью на латинице «Ворбиць нумай ромынеште» («говорить только по-румынски»). Если бы не надписи на румынском, даже не подумал бы, что еще три недели назад город был под румынской оккупацией. Целых 22 года. Жители говорят, что эти годы тянулись бесконечно долго, казалось, навсегда. Редко кто говорит с небольшим акцентом. Рассказывают, что, несмотря на запрет, говорили по-русски (если рядом не было жандарма). С непривычки по ночам не уснуть: мешает спать скрип тележных колес и приглушенные крики погонщиков волов. Выяснилось, что еще при румынах было введено правило: царанам (крестьянам) вход в город днем воспрещен. Только ночью, в темноте, им разрешалось проехать на каруце (телеге) на базар или выехать с базара за город. В городе проживали люди разных национальностей, но отношение к царанам у всех, даже у городских молдаван, такое же, как и у румын, – как к первобытным людям».

После войны. Восстановление Кишинева

Как уже указывалось, Вторая Мировая война прошла для Кишинева огненным смерчем, разрушившим город практически до основания, оставившим десятки тысяч жертв. По окончанию войны, около 70% зданий было разрушено. На красивейшей Александровской улице из десятков изящных дореволюционных построек осталось всего несколько. Нижняя часть города (район, впоследствии прозванный проспектом Молодежи), была сровнена с землей. Две трети еврейского населения погибло. Важнейших промышленных и транспортных предприятий, узлов не стало. В первые месяцы советской власти были раскопаны многочисленные массовые захоронения, лежавшие в которых трупы носили следы пыток, бесчеловечного обращения и расстрелов.

В этих условиях послевоенное восстановление города выглядит как чудо. Благодаря энергии властей и самоотдаче мирных жителей, Кишинев буквально восстал из пепла. В кратчайший срок было восстановлено трамвайное сообщение, в колонках появилась вода. Улицы и площади начали приводиться в порядок. Постепенно начали восстанавливаться разрушенные и строиться новые здания. По всему городу, красной краской на стены домов были нанесены призывы к восстановлению Кишинева. «Кишиневцы! Мобилизуйте свои силы на ликвидацию последствий хозяйничания немецко-фашистских захватчиков в городе!», гласили они. И люди в самом деле следовали посланию этих надписей. Никакая пропаганда тут ни при чем — люди просто выстраивали свои разрушенные дома...

Война прошла, и ее своеобразными осколками выступают все эти надписи, до которых, впрочем, никому практически нет дела. Ее пытаются оболгать, нам пытаются внушить, что мы в этой войне не победили, а проиграли, и что праздновать это нельзя. Ну и пусть говорят... В каждом обществе есть свои отдельные, немногочисленные маргиналы. Плохо, когда они приходят к власти. Именно победе над подобными маргиналами, состоявшейся 65 лет назад, мы обязаны самим фактом своего существования. Именно благодаря тому, что в 1944 году их изгнали из Кишинева, мы сейчас можем жить свободно, а различные народы, которые испокон веков заселяли Молдову, – говорить на собственном языке, сохранять свою идентичность. Конечно, всякая война есть грязь. Но сегодня, мы можем с уверенностью сказать, что та война была не напрасной, что наше дело было правым и именно поэтому мы победили. Плохо только, что призывы к восстановлению города еще могут стать актуальными – после «плодотворной» деятельности нынешних городских властей, последствия «хозяйничания» которых нам еще долго придется «ликвидировать». Впрочем, это относится не только к городским властям. И не только к Кишиневу.

Станислав ЦЕРНА.

enews.md.

К текущему моменту

Молдавский историк Олесь Стан:

«Если основанная на подтасовке, передергивании и перевирании исторических фактов пропагандистская ложь, которую повторяют за своими румынскими коллегами упомянутые молдавские "историки" – наука, то я – инкарнация Влада Цепеша.

Дискутировать с этими деятелями о том, что переведенный на латиницу молдавский язык, названный "румынским", а также искусственно созданные русофобами из Западной Европы "румыны", "Румыния", "Великая Румыния" и румынская церковь вторичны по отношению к молдавским государственности, языку и культуре – бессмысленно. Эти и другие проявления румынского эдипова комплекса, которым наградили своих бессарабских последователей их наставники из-за Прута – предмет исследования для психиатра, а не историка. Меня больше возмущает тот факт, что эти прикормленные румынскими фальсификаторами канарейки требуют (!), чтобы румынская пропаганда преподавалась в учебных заведениях Молдавии как "история". Это очередное напоминание о том, что пришедшая в молдавские школы два года назад на смену "Истории Румынии", интегрированная история – полумера, которая дает бессарабским представителям румынского агитпропа повод для реваншистских требований.

Хотелось бы также отметить, что присутствие румынских нацистов в современных молдавских культуре, науке, учебных заведениях, церкви представляет гораздо большую опасность для нашего государства, чем их политическая деятельность. В том, что нынешние 20-летние выкрикивают нацистские лозунги, звучавшие на улицах Кишинева и других городов бывшей Молдавской ССР в конце 1980-х – начале 1990-х гг., спровоцировавшие приднестровский и гагаузский конфликты, куда больше вины литераторов Дабижи и Лари, "историков" Палади и Негрея, расстриг Бубуруза и Пэдурару, нежели политических клоунов Рошки, Гимпу и Киртоакэ. Потому что взрослого человека, выросшего на лжи, которую вбивали ему в голову перечисленные бессарабские адепты румынизма, впитывавшего эту ложь со школьной скамьи, невозможно переделать, правду этот человек воспринять уже неспособен...»