Что происходит с нами?

2. Потребительского зверя не прокормить

Повторим: основными параметрами в имитационных компьютерных моделях Денниса Медоуза стали: рост населения, рост производства, исчерпание природных ресурсов, сокращение сельхозплощадей, загрязнение среды. Всё это объемлюще и убедительно показано как грозно нарастающие лавины экспоненциального роста. Но в книге не получили отражения два обстоятельства. Во-первых, фатализм рынка, по сути, запрограммированного на уничтожение глобальной экосистемы; во-вторых, потребительская экспонента. Ведь в 1960-1970-х гг. эта тенденция еще в полной мере не проявилась: свежими в памяти оставались времена, когда даже в условиях рынка производились долговременные предметы потребления и люди долго ими пользовались. Но фатализм рынка, сформировавшего все более ускоряющийся конвейер «добыча – производство – торговля – потребление – свалка», привел к тому, что рост потребления очень быстро стал экспоненциальным, то есть растущим с ускорением.

Таким образом, человечество оказалось не просто зажатым между Сциллой демографического роста и Харибдой роста производства; вдобавок к этому вход в будущее заслонила гонка потребления – "зверь", которого, по выражению советского журналиста и путешественника-натуралиста Василия Пескова, прокормить невозможно.

Привычная схема бесконечного роста сменяется абсолютно неустранимой альтернативой: развитие – крах.

"Все связано со всем"

Системно-экологическая теория учит, что весь мир представляет собой совокупность систем, сложно связанных между собой, в том числе иерархически: данная система есть подсистема другой системы, более высокого порядка, и одновременно – надсистема для других, более низкого порядка, и так – от элементарных частиц до универсума, бесконечных пространств космоса. И этот мир систем "сшит" бесконечным множеством взаимосвязей. Системное мышление, включающее всеобщую связь и взаимозависимость явлений (объектов, процессов, состояний), которое представляет собой более подробное теоретическое и прикладное развитие философской диалектики, объясняет те бесчисленные парадоксы, которые без этого инструментария веками и тысячелетиями объяснялись волей и деятельностью богов. Там, где мыслилось управление извне, налицо универсальное самоуправление, в принципе устраняющее идею бога.

Туда – сюда – обратно...

Связи бывают прямыми и обратными, положительными и отрицательными. Их синергизм, проще говоря, совокупное и сочетанное действие, и обеспечивает всё многообразие мира в его строении, действии и развитии.

Работы Форрестера-Медоуза усовершенствовали исследования систем и их связей в динамике (системная динамика и создание системно-динамических моделей). В "Пределах роста" уделено особое внимание изучению последствий через обратные – положительные и отрицательные – связи.

«Теория моделирования динамических процессов, – пишет Д. Медоуз, – указывает, что любая экспоненциально растущая величина так или иначе задействована в каком-либо контуре положительной обратной связи" (своего рода "порочным круге)». Эта часть книги наиболее сложна для обыденного понимания, наиболее простой пример: спираль "зарплата – цены": «зарплата увеличивается, из-за этого цены на продукцию растут, что приводит к требованию еще большего повышения зарплаты, и т. д.». В контуре положительной обратной связи цепь причина – следствие замыкается, и увеличение одного элемента, входящего в контур, инициирует последовательность изменений, которая приводит к тому, что первоначально измененный элемент увеличивается еще больше. При отрицательной обратной связи происходит уменьшение.

Самый бурный рост в системе

Расчеты выявили и другой вид роста – сверхэкспоненциальный, когда растет не только конечный результат, но и темп роста. По сверхэкспоненте множится население. Но темп роста – величина переменная, возможна демографическая динамика сверхэкспоненциальная, экспоненциальная, линейная, нулевая и отрицательная. На демографический рост влияют величины рождаемости, смертности и продолжительности жизни. Кроме того, в этого процессе происходит существенное запаздывание конечного итога, поскольку ныне родившиеся произведут потомство лишь в среднем примерно через два десятилетия. Если бы, допустим, сегодня в перенаселенных регионах Земли были введены программы планирования семьи, не допускающие многодетности и обеспечивающие простое воспроизводство (нулевая динамика), то результаты сказались бы еще нескоро. То есть и в этом отношении нынешнее человечество очень опоздало. Отмечу, что такие программы, наряду с другими факторами, запускают отрицательные обратные связи, снижающие темп роста и сам рост.

Моделирование выявило, что еще быстрее, чем население, растет выпуск промышленной продукции. В глобальном масштабе средний темп его роста в 1963-1968 гг. составил 7% в год, или по 5% на душу населения. Казалось бы, при опережающем промышленном росте уже к последней четверти XX века можно было удовлетворить все необходимые запросы населения. Но ничего подобного не произошло по сей день, даже напротив. Как пишут авторы, «наибольшая доля роста мирового промышленного производства... приходится на развитые в промышленном отношении страны, где темпы роста населения сравнительно низки».

Богатство и бедность

Приводимые данные служат «очевидным подтверждением поговорки "Богатые становятся богаче, а бедные становятся многодетными"». Экстраполированные значения ВНП на душу населения до 2000 года, приведенные в докладе, продемонстрировали: «процесс экономического роста в том виде, в каком он происходит сегодня, неумолимо углубляет абсолютный разрыв между богатыми и бедными странами мира». Вывод, сделанный в 1970-х, полностью подтвердился и на остаток XX века, и на начало XXI-го.

Надо заметить, что в прогностических расчетах Римского клуба СССР вышел на третье место в мире по ВНП на душу населения после Японии и США, опередив ФРГ. Это показывает абсолютную ложность утверждений о развале СССР из-за экономической несостоятельности.

"Невидимая рука рынка"

К недостаткам доклада "Пределы роста" надо отнести невнимание к такому важному блоку или системе, как торговые отношения в рамках планеты. Анализу не подвергся так называемый неэквивалентный обмен "золотого миллиарда" («развитые в промышленном отношении страны») с "третьим миром", т. е. совершенно явный грабеж богатыми странами бедных стран и народов.

Капиталистический рынок прочно закрепил несправедливое правило, при котором сырье стоит дешево, а промышленная продукция – во многие разы дороже, и тем превратил огромное число стран в "сырьевые придатки" Запада. Ситуация давно изменилась, но опять же в пользу "цивилизованного мира": «промышленно развитые страны» в значительной мере перестали быть промышленными, так как наибольшую долю своих производств, особенно тяжелых и грязных, вывели в "третий мир", где и сырье, и рабочая сила максимально дешевы. Это еще больше усилило неоколониализм.

Где пределы беспредела?

Авторы пришли к выводу, что при имеющихся в достаточном (на тот момент) количестве сырья, рабочей силы и других составляющих производственного обеспечения единственным ограничивающим фактором промышленного роста выступает «капитал» (капиталовложения, инвестиции). Составив модели, связанные с населением и промышленным ростом, они поставили такие вопросы: «Могут ли темпы роста численности населения и запасов капитала... быть физически реализованы в нашем мире? Какое количество людей в состоянии обеспечить всем необходимым наша планета, на каком уровне благосостояния и на какой срок?». С этого момента моделирование сосредоточилось на проблеме "пределов роста".

Авторы задействовали данные по основным физическим компонентам, необходимым для поддержки физиологических процессов и производства. Это продукты питания, сырье, все виды топлива, экосистемы планеты, поглощающие отходы и осуществляющие круговорот веществ в природе, аграрные земли (освоенные и потенциально пригодные для этой цели), пресная вода, металлы, леса, океаны...

Все не так плохо, а намного хуже

Далее следуют социальные факторы. Авторы пишут: «Даже если физические системы Земли способны обеспечить существование значительно большего населения и на значительно более высоком экономическом уровне, реальный рост экономики и численности населения будет зависеть от таких факторов, как мир и социальная стабильность, образование и трудоустройство, а также устойчивый технический прогресс». Но «оценивать или прогнозировать эти факторы намного труднее» – констатируют авторы.

Стоит сказать, что со времен "Пределов роста" положение с перечисленными факторами кардинально ухудшилось. В странах "третьего мира" нужда, голод, социальная нестабильность усугубляются, СССР и социалистическое сообщество разрушились, это пространство погрузились на уровень "четвертого мира", кроме несколько стран, включенных в Евросоюз. А затем ввиду глобального финансово-экономического кризиса серьезно пошатнулось благополучие и самого "золотого миллиарда": здесь растет безработица, сокращаются социальные расходы, увеличивается число людей, живущих за чертой бедности и потерявших жилье. США и страны ЕС все более сотрясают социальные беспорядки.

Угроза глобального голода

Сегодня мы плотно столкнулись с пределами экспоненциального роста, подробно исследованными еще в 1972 году. Рассмотрим вслед за авторами доклада первый фактор: продукты питания. На планете нарастает дефицит продовольствия, который ощущался еще 30-40 лет назад. Как бы несправедливо ни перераспределялась продовольственная масса в пользу "золотого миллиарда", дефицит всё больше касается и его. Практически вся планета давно уже потребляет фальсифицированную пищу, эрзац-продукты, химически загрязненное продовольствие, вредящее здоровью, а полноценная натуральная еда стала безумно дорогой.

В чем причина? Для производства продовольствия нужны земли. Экспоненциальный рост населения требует расширения их площадей. Но рост населения вызывает рост городов и прочей застройки – промышленной и инфраструктурной, а это все быстрее сокращает агроплощади. Человечество загнало себя в роковые "ножницы": все круче восходящую дугу потребности в агроземлях перечеркивает не менее круто нисходящая дуга реальных агроплощадей – освоенных или пригодных для освоения.

Это одна из самых удручающих очевидностей, обнажающих жесткие пределы роста и полную невозможность выйти за них. Даже если бы ни один гектар агроземли не уходил под застройку, растущая нужда в продовольствии для экспоненциально растущего населения (и с учетом экспоненты потребительства) очень быстро поставит производство продовольствия в тупик, а за ним – и промышленный, и демографический рост.

Таким образом, планета в очень скором времени обречена на голод, который давно уже свирепствует и усиливается во многих регионах "третьего мира", – и вымирание.

Это ближе, чем мы думали

«Симптомы кризиса начнут проявляться задолго до приближения к кризисной точке, – предупреждает доклад. – Цены на продукты питания станут такими высокими, что часть людей погибнет от голода, остальные будут вынуждены... перейти на диеты более низкого качества. Эти симптомы уже проявляются во многих регионах мира». И хотя в годы подготовки доклада в мире обрабатывалась лишь половина потенциально пригодных для аграрных целей земель, уже тогда разработка второй половины стоила так дорого, что была «экономически невыгодной». По рыночной логике, экономически выгоднее вымирание людей.

За все надо платить все больше

К продовольственному кризису имеет прямое отношение непропорциональное (тоже экспоненциальное) возрастание затрат на повышение продуктивности агроплощадей – «закон возрастающих затрат». В 1951-1966 годы удалось на 34% увеличить производство продовольствия в мире, но для этого занятое в агросфере население увеличило расходы на технику на 63%, инвестиции в производство удобрений возросли на 145%, использование пестицидов – на 300%.

И это называют прогрессом?

Осторожно, двери закрываются...

Вопрошая: «сколько людей может прокормить наша планета?» – авторы не ответили на этот сложный вопрос, но показали, что при существующем народонаселении мира (даже без учета его экспоненциального роста) человечество очень быстро столкнется с исчерпанием водных ресурсов, – возможно, еще быстрее, чем земель, пригодных для сельского хозяйства. Так и произошло: ныне питевая вода практически исчерпана – ранее, чем нефть и агроземли.

А ведь демографическая экспонента, порождающая экспоненту агропроизводства, "тянет" за собой экспоненту промышленного роста: индустрия должна обслуживать растущие потребности растущего населения и снабжать техникой аграрный сектор.

Мы все сегодня в полном смысле уподоблены бегущим к поезду будущего пасажирам, которые слышат бесстрастный голос судьбы из динамика: "Осторожно, двери закрываются". И, ведь, как уже очевидно, не добежим.

*   *   *

На одном из представленных в книге графиков достаточно выразительно выглядит совокупность экспонент роста в координатах времени и такого универсального измерителя, как ВНП (валовый национальный продукт, он же – ВВП или валовый внутренний продукт) на душу населения. В данном случае это темпы экономического роста по странам: 1 – США, 2 – Швеция, 3 – Великобритания, 4 – Япония, 5 – Аргентина, 6 – Гана, 7 – Индия. Но графики многих других экспонент, выраженные в любых (натуральных, процентных, денежных или иных измерителях) зрительно мало чем отличаются от данного, будь то рост финансовых затрат, индустриальный, аграрный, рост затрат на производство продовольствия, на расширение аграрных площадей, на борьбу с загрязнением среды обитания и т. д. Они представляют собой все круче устремляющиеся вверх кривые. Предельно ясно, что в конце любого такого графика дуга превратится в вертикаль и продемонстрирует ничто иное, как полный крах системы – "свободное падение с высоты". Это полностью приложимо и ко всей модели "развития-роста".

Валерий КОСАРЕВ.

(Продолжение следует)