Валерий КОСАРЕВ

Что будет послезавтра...

...если оно, конечно, наступит?

Задав вынесенный в заголовок вопрос насчет "послезавтра", хочу сначала вспомнить кое-что из "позавчера". Был такой старый-престарый многосерийный черно-белый фильм "Тарзан", сделанный в 1930-х гг. в Голливуде, но широко демонстрировавшийся в СССР в 1950-е с ремаркой в титрах: "Фильм был взят в качестве трофея...", т. е. попал он к нам из разгромленной Германии. Действие четвертой серии "Тарзана" происходит в Нью-Йорке; в частности, показано, как обезьяна Чита забавляется с благами цивилизации. Мы, пацаны, были зачарованы: вот она нажимает кнопку, и из автомата высыпаются стаканчики; нажимает другую – льется какой-то шипучий напиток... Тогда в СССР такого еще не было, и откуда нам было знать, что умная шимпанзе среди чудес автоматики – это аллегория той "эволюции наоборот", какую очень скоро обеспечит планете так называемой цивилизованный мир.

Современные двуногие существа уверенно нажимают кнопки, крутят баранки роскошных лимузинов, с налету осваивают самые сложные чудеса электроники, отучающие их трудиться и думать, – и при этом выглядят примитивнее показанных в "Тарзане" африканских племен и разумной Читы, увы. Обозреваешь историю научно-технического прогресса, его влияния на человечество – а на ум приходит дедовское: "Не в коня корм"...

Разогрев до вымерзания

Почему  возникает сам вопрос насчет "послезавтра"? Так называется новейший голливудский фильм, показанный недавно по московскому ОРТ. Фильм фантастический, но основан на научных прогнозах. Суть его в том, что нарастающая эксплуатация природных ресурсов, ведя к усиливающемуся "парниковому эффекту", обернулась стремительной планетарной катастрофой: быстрое таяние ледников "сбило" тепловой баланс и уничтожило стабилизирующую роль Гольфстима. В результате в Дели выпал снег, в Японии посыпался град невиданной величины, последовали беспрецедентные ураганы и наводнения, наконец, холодные массы из верхних слоев атмосферы начали втягиваться гигантскими воронками к земной поверхности, и Северное полушарие объяло оледенение, какого не было с палеолита – эпохи, когда от стужи гибли мамонты.

Естественно, создателей картины интересует в первую очередь судьба США – бесценной и ведущей из цивилизованных держав. Голливуд – странное по своей идеологии заведение: принцип безбрежных свобод и абсолютных "прав человека" там вполне уживается с горячими симпатиями к преступникам, нарушающим все права и законы, убивающими направо, налево и не задумываясь; наконец, с крайней неприязнью к власти – источнику зла. В общем, типичная, банальная западно-левая эклектика, которая намного хуже классического консерватизма, т. е. традиционно-правого американского сознания.

Создатели ленты удачно поиздевались над зыбким величием Америки: когда от холода стали вымирать северные штаты, население бросилось спасаться в Мексику, прорвав пограничную линию, выстроенную Штатами, на которой по сей день перебежчиков с мексиканской стороны отстреливают из автоматических винтовок. А когда Мексика стала препятствовать массовому вторжению гринго, Конгресс и президент США пообещали списать ей все долги. В заключение фильма американский президент, в порядке хэппи-энда выступающий перед уцелевшими остатками янки, кается в ошибках властей и своих личных и благодарит "третий мир" за то, что он приютил экологических беженцев и что обещал помочь "золотому миллиарду" (цивилизованному "первому миру").

Искусство, отбивающее разум

В. И. Ленин в свое время говорил: "Из всех искусств для нас важнейшим является кино". К сожалению, на сегодняшний день важнейшее из искусств сведено до уровня развлечения, и это – один из признаков вырождения человечества. Есть в фильме "Послезавтра" поистине знаковые моменты, которые едва ли будут уловлены сознанием масс и "элит". Герой ленты, исследователь, выступая за несколько суток до "начала конца" перед конгрессменами, предупреждает, что "климат – хрупкая вещь", что надо принимать глобальные спасательные меры, а в ответ слышит: "экономика – тоже хрупкая вещь", не надо впадать в сумасшествие, сеять панику и строить несбыточные планы. Что имеется в виду под "экономикой" – понятно: паника ведет к хаосу на валютных и фондовых биржах, следовательно, о надвигающейся катастрофе следует молчать. К тому же рыночная экономика никогда не пойдет на затраты, которые не сулят прибыли, даже при смертельной угрозе, если непринятие мер обернется опустошительными убытками и повальной гибелью людей. Но это еще когда будет, а пока – "товар-деньги-товар" – вот что главное.

Несмотря на голливудский хэппи-энд, фильм оставляет чувство полной обреченности перед надвигающимся "послезавтра": во-первых, ни за что не понять, правду или ложь тебе внушают, а во-вторых, что бы ни грозило, предпринять что-то невозможно, точно человечество запрограммировано на самоуничтожение. Конечно, тот, кому уже за пятьдесят, может утешиться: лично он роковые события может и не застать, скорее всего, они не будут разворачиваться так стремительно, как в фильме. Это ведь художественный прием – умять в пару недель то, что будет нарастать десятилетиями, прежде чем разразится по максимуму. А тот, кому восемнадцать или двадцать с небольшим, в силу молодого оптимизма отмахнется от угрозы, надеясь на лучший, чем в фильме, исход для себя, любимого.

Кино, в основном переместившись из кинотетатров на телеэкраны и в компьютеры, одновременно превратилось в дьявольское средство отучения от мыслей. Мир объят жаждой бездумных удовольствий и безбрежного комфорта; лежи на мягкой мебели в европейском интерьере, нажимай кнопки, выбирай  покруче "муви", с морем крови и великолепными взрывами, глазей, хрусти чипсами, заливайся пивом. Социум, избравший такой образ жизни, не замечает, что рок событий несет всех и каждого по крутой дуге в направлении, противоположном человеческому прогрессу и сути людской, оскотинивая хомо, так и не ставшего сапиенсом. Как и то, что роковой разворот и есть главное достижение пресловутого цивилизованного мира – "свободного" и "демократического". И с точки зрения этого мира, данные мои размышления – это "мысли совка".

Товар-деньги-товар-смерть

Выходит, по канонам "демократического" массового сознания, которое вбивают в нас все политики от самых правых фронтистов до европейски обновленных "коммунистов", мы покончили с тоталитаризмом и обрели свободу, чтобы стать рабами товарного производства. Уже стали; мы теперь, по пророческому выражению Роберта Рождественского, "люди-агрегаты по переработке всевозможно-всяческой пищи на дерьмо". И ладно бы только пищи, она легко "переваривается» биосферой; но планета тупо и послушно раскупает вещи, которые не нужны и которые еще до их производства просятся на свалку, – и туда очень скоро попадает. Это – жуткий абсурд, потому что предназначение как отдельного человека, так и общества в целом совершенно иное. Но уже не найти левой партии, исключая мелкие и "маргинальные", которая бы не принимала рыночную экономику как реальность и достижение "современного цивилизованного мира". От китайцев до зюгановцев, не говоря уже про воронинцев, – все бьют поклоны Молоху и Маммоне.

Но что такое рыночная экономика и товарное производство? "Товар-деньги-товар" – знаменитая формула, выведенная Марксом применительно к капиталистическому способу производства. Тогда, во времена домонополистические, задолго до глобализации, классики марксизма призывали покончить с эксплуатацией, наемным рабством и социальной несправедливостью. Этим марксисты руководствуются по сей день. Сегодняшний капитализм несет планете гибель, причем не теоретическую, в вероятной перспективе (то ли будет, то ли нет), а несомненную и скорую. Вот о чем должна идти речь. Но не идет.

Каждому в принципе ясно, что товарное производство с присущими ему конкуренцией и рекламой (т. е. навязыванием новых товаров) автоматически запрограммировано на все большее, все более массовое и все более быстрое производство тех вещей, которых при другом способе производства можно было бы выпускать куда меньше, причем без всякого ущерба для общества, даже с пользой для него – и без необратимых ущербов для биосферы, а значит, без апокалиптического "послезавтра". Когда эта товарная гонка только начиналась, даже Маркс не мог предугадать, к чему она приведет в конечном счете. Планета казалась огромной, ее ресурсы – неисчерпаемыми, а экологическая наука делала лишь первые шаги. Сегодня многое стало ясно, непонятно лишь, чем мы окончательно загадим Землю быстрее всего – коробками брошенных автомобилей, пластиковой тарой, вышедшими из моды мобильниками или все же трупами людей и прочих существ.

Глобальное изуверство

Время от времени в интернете и на телевидении появляются шокирующие подробности о деятельности изуверских сект, ведущей к психическом расстройствам, массовым самоубийствам, садистским ритуалам, бегству фанатиков в подземелья вместе с детьми. Эта информация порой леденит душу, но почему-то никто не понимает, что самая массовая и опасная в своем изуверстве секта – не "Аум Синрикё", не "Братство Бога", а скопище рыночных демократов, коим несть числа. Стараниями этих изуверов нам внушены несбыточные стремления и навязаны неутолимые вожделения, выстилающие дорогу в ад прямиком и – всем, включая фанатиков рынка.

Недавно президент Воронин в Брюсселе снова упрашивал главу Еврокомиссии Ж. Баррозу принять Молдову в европейские объятья. А тот кочевряжился, и я подумал: вот оно, маленькое, но счастье, что нас туда не берут, и как странно, что так мало людей понимает это... В тот же день мне случилось быть при разговоре двух знакомых – первый работает в Англии, а другой в одной латиноамериканской стране. Им повезло – они "легалы" и могут изредка бывать на родине, в семье. Но как мрачно, безнадежно настроены оба, при том, что один "пашет" в богатейшей стране, а другой – в нищей. Именно те, кто побывал в "цивилизованном мире", могут нас просветить на предмет его "нетленных ценностей". Но чаще угрюмо молчат.

Там, куда нам не надо

В Англии работать хорошо только в одном отношении – разница в оплате труда и стоимости товаров пока позволяет приезжать домой с карманами, полными денег. Но мы знаем, что все товары и услуги у нас дорожают, а стоимость иных уже вышла на европейский уровень. Жизнь же в самой Англии безумно дорога, связана с массой проблем, включая постоянные угрозы терактов и все более тяжкие конфликты с "цветными" гражданами, очень быстро превращающимися из меньшинства в большинство. Не лучше их сами англичане – совершенно чуждый нам подвид человека.

И так сейчас в большинстве стран Евросоюза. Стоит только подумать головой, а не тем местом, коим Воронин на посту сидит, чтобы понять и без фильма "Послезавтра", на уровне здравого расчета: уже завтра нам будет рваться в Европу незачем. Зачем же дергаться сегодня? Ан нет, товарищ делает вид, что еще ничего не понял. Меж тем сатанинская пропаганда евроинтеграции набрала чудовищные обороты и охватила массы эпидемическим безумием.

Вперед, к безземельным индейцам?

А рассказ о жизни в Латинской Америке был примечателен тем, что почти полностью совпадал с происходящим у нас в Молдове. Ту страну уже взяли в оборот "цивилизаторы". В итоге индейцы и метисы потеряли землю и привычный образ жизни. Повсюду нищета, погоня за удовольствиями, безделье и вырождение. И повсюду западные миражи "цивилизованного рая", полонившие незрелые умы. Не так ли и у нас?

Еще 15-20 лет назад предместье, где я сейчас живу, просыпалось часов в шесть утра. Начинался осмысленный трудовой день, после которого человек садится за стол с чувством, что честно заработал хлеб насущный. Это – при социализме, который якобы "убивал чувство хозяина" и отбивал "трудовую активность". Но вот пришел хваленый рынок, наступила вожделенная свобода. Вся магала спит беспробудным сном, как минимум, до полдевятого. Потом начинают открываться гаражи, выезжать "иномарки", а отдельные пешие граждане, едва выйдя из дому, зачем-то на ходу беседуют невесть с кем по мобильникам. Впечатление крайней нелепости бытия усиливается в маршрутках, в общественных местах, где тебя заставляют слушать все эти "сотовых" откровения, уровень которых чаще всего вообще не похож на осмысленный.

И самое нелепое: туда, в полную кретинизацию жизни, в мир греха, где правят товары, деньги и бездуховность, где нация молдаван и "гражданское общество" Молдовы превратятся в денационализированное скопище людей без родины, – тянут нас именно националисты, называющие себя еще и демохристианами, а также якобы коммунисты, которые тоже озабочены высокой духовностью религиозного толка.

 Навороты техники и чудо инволюции

Одна юная особа показала мне свой домашний компьютер: мощность, которая мне, работающему за компьютером целый день, просто ни к чему, огромный плоский экран плюс какая-то маленькая штучка сверху. Сдержав зевоту, спрашиваю, что это такое. Объясняет: это веб-камера; представь, кто-то сидит в Америке, а я отсюда с ним разговариваю, причем совершенно бесплатно; с помощью этой штуки я себя вижу, а если и у него такая штука есть, то мы можем видеть друг друга...

Прерываю объяснение простым вопросом: а зачем? Он ввергает  собеседницу в ступор. Слышу сбивчивое: как зачем? Это же так удобно... так прикольно... Объясняю суть вопроса: понимаешь, вовсе не важно, с помощью чего говорить, а важно – о чем.  Но если такие сложности, такие навороты, то, должно быть, ваш разговор очень умен и ценен. Иначе все это, от компьютера до веб-камеры, лишено смысла и ни к чему. Вот я и спрашиваю: о чем ты будешь говорить со своим американским собеседником? У тебя есть что сказать?

Разумеется, я остался непонятым. Тут мне и вспомнился фильм "Тарзан" с умнющей шимпанзе Читой, нажимающей кнопки автомата. А когда я вышел на улицу, за поворотом меня чуть не сшиб, но окатил-таки грязью "форд" (или не "форд", я в этом не разбираюсь), в котором сидел сущий питекантроп. Самое странное, что он уверенно управлял таким сложным техническим устройством! Чудеса инволюции.

Непостижимая суть

Боюсь, я так и не сумел ничего объяснить. Хотя суть-то проста. Давно подсчитано, что в США – а это идеал цивилизованного мира, пример для подражания – потребляют такую долю планетарных сырья и энергии, что если на тот же уровень выйдет и остальной мир, то все запасы жизненно необходимых ресурсов будут исчерпаны одномоментно. А ведь Китай с его чудовищной численностью населения (неуклонно возрастающей) намерен достичь стандартов жизни, присущих Западу. Да и найти ли хоть с десяток стран на планете, которые не ставят такую же великую и нелепую цель?

Туда же и Молдова. Ей, правда, не под силу внести сколь-нибудь весомый вклад в погубление планеты, но этого от нее не требуют даже лидеры ЕС. Зато мы, судя по нынешнему состоянию окружающей среды, в считанные годы превратим цветущий при социализме край в зловонную свалку мусора, отбросов рынка – подлинной квинтэссенции "всего цивилизованного мира". Выродок нового подвида, Homo europaeus с мобильником у волосатого уха властно зовет нас в варварское позавчера, в промежуточную фазу, непосредственно предшествующую стадии плиоценовых приматов. Ибо инволюция – это развитие вспять.

Так может, еше не поздно одуматься и не слушать евроантропов?

Январь 2008 г.